Заместитель министра юстиции Олег Свириденко сообщил, что в 2025 году только 4% внесённых в реестр «иностранных агентов» получили такой статус из‑за иностранного финансирования.
По его словам большинство решений о включении в реестр ведомство принимало на основании нормы об «иных формах влияния», а не исключительно на основе финансовых признаков.
Свириденко отметил, что до 2022 года единственным признаком для признания «иностранным агентом» было иностранное финансирование.
«Если бы сейчас этот единственный признак остался, то это было бы всего 4% иноагентов. Представляете, да? Где гуляли бы все остальные?»
Закон об «иностранных агентах», принятый в 2012 году, позволял признавать некоммерческие организации «иностранными агентами», если они получают финансирование из‑за рубежа и занимаются политической деятельностью.
Позднее правовой механизм расширили: под статус попали также СМИ и физические лица, в том числе те, кто не получает зарубежного финансирования, но якобы «находится под иностранным влиянием». Российское законодательство точно не уточняет, что именно считать иностранным влиянием.
В реестре Минюста — более 1,2 тысячи человек и организаций. Правозащитники называют закон репрессивным; в стране регулярно возбуждают уголовные дела по обвинениям в неисполнении обязанностей «иностранного агента».